Кардиолог Константин Крулёв Кардиолог Константин Крулёв отвечает на вопросы пациентов и даёт рекомендации
27.01.2025 – 81 год со дня снятия Блокады Ленинграда.
Мне пришлось много общаться с пациентами, пережившими Блокаду. Все они упоминают, что выжили чудом. Одна из моих пациенток, будучи совсем маленькой девочкой, жила в трёх километрах от линии фронта – на углу Благодатной улицы и Московского проспекта. Солдаты, уходящие на фронт, иногда делились с ней продуктами. Возможно, именно это позволило ей продержаться самую первую голодную зиму.
Другая пациентка вспоминает, что на Васильевском острове, где она тогда жила с мамой (отец ушёл на фронт) в первую же зиму съели не только домашних животных, но и голубей.
Интересны мемуары выдающегося хирурга И.И. Джанелидзе. В дневнике (который вёл для себя!) он ни разу не упомянул, что в первую блокадную зиму испытывал острый голод. Когда я читал его дневники, то испытывал даже лёгкое недоверие – может быть, он и не голодал? Почему же он не описывает то, что есть во всех без исключения блокадных мемуарах? Джанелидзе писал о пациентах, которых ему пришлось лечить, о бомбёжках, об организационных моментах, о прочитанных книгах («Замок Броуди» Арчибальда Кронина). Рассуждал о положении дел на фронте, о планах создания будущих книг и руководств – война принесла новый хирургический опыт. В общем, пишет обо всём, кроме голода.
И лишь однажды в краткой заметке он упомянул, что уже в Вологде, куда он переехал из блокадного Ленинграда, одна женщина посоветовала ему не накидываться на еду – при таком истощении это может быть опасно. Он ответил ей, что, будучи доктором медицинских наук, прекрасно знает об опасности обильного питания после голодовки. Всего один раз вскользь упомянул главную тему обычных блокадных мемуаров.
Такая сила духа вызывает глубочайшее уважение.
А в статье, которую я предлагаю вашему вниманию, есть блокадные воспоминания другой моей пациентки. Сейчас ей 95 лет, но выглядит моложе своих лет, и рассуждает исключительно здраво.
https://dzen.ru/a/ZAYqNiEJqDUZjFvt
Мне пришлось много общаться с пациентами, пережившими Блокаду. Все они упоминают, что выжили чудом. Одна из моих пациенток, будучи совсем маленькой девочкой, жила в трёх километрах от линии фронта – на углу Благодатной улицы и Московского проспекта. Солдаты, уходящие на фронт, иногда делились с ней продуктами. Возможно, именно это позволило ей продержаться самую первую голодную зиму.
Другая пациентка вспоминает, что на Васильевском острове, где она тогда жила с мамой (отец ушёл на фронт) в первую же зиму съели не только домашних животных, но и голубей.
Интересны мемуары выдающегося хирурга И.И. Джанелидзе. В дневнике (который вёл для себя!) он ни разу не упомянул, что в первую блокадную зиму испытывал острый голод. Когда я читал его дневники, то испытывал даже лёгкое недоверие – может быть, он и не голодал? Почему же он не описывает то, что есть во всех без исключения блокадных мемуарах? Джанелидзе писал о пациентах, которых ему пришлось лечить, о бомбёжках, об организационных моментах, о прочитанных книгах («Замок Броуди» Арчибальда Кронина). Рассуждал о положении дел на фронте, о планах создания будущих книг и руководств – война принесла новый хирургический опыт. В общем, пишет обо всём, кроме голода.
И лишь однажды в краткой заметке он упомянул, что уже в Вологде, куда он переехал из блокадного Ленинграда, одна женщина посоветовала ему не накидываться на еду – при таком истощении это может быть опасно. Он ответил ей, что, будучи доктором медицинских наук, прекрасно знает об опасности обильного питания после голодовки. Всего один раз вскользь упомянул главную тему обычных блокадных мемуаров.
Такая сила духа вызывает глубочайшее уважение.
А в статье, которую я предлагаю вашему вниманию, есть блокадные воспоминания другой моей пациентки. Сейчас ей 95 лет, но выглядит моложе своих лет, и рассуждает исключительно здраво.
https://dzen.ru/a/ZAYqNiEJqDUZjFvt
